В ожидании Моисея: сыновья Африки в войне России

Дом мамы Регины стоит между огромным портом Дуала и городскими трущобами. На стене висит портрет ее сына Моисея. Его улыбка принадлежит другой жизни. Больше года она ждет – не сына, а его тело. Моисей сражался вместе с российскими войсками, когда попал под украинский огонь. Его застрелили, когда он бежал к окопам. «Он ушел ради меня», – тихо говорит она. «Воевать в чужой войне».

По данным украинских чиновников, почти 3000 африканцев из 35 стран воюют за Россию – результат, по мнению Киева, активной вербовки по всему континенту. Бывший российский офицер Сергей Елидонов отрицает эти обвинения. «Все эти истории о вербовочных сетях не существуют», – говорит он. «Россия предлагает зарплату и условия. Если люди хотят приехать, они находят свой путь».

Елидонов считает, что заметное присутствие камерунцев среди завербованных связано с историей. «Отношения восходят к Советскому Союзу, – говорит он. – Многие камерунские студенты учились там. Камерунская диаспора в России существует десятилетиями». Экономика объясняет остальное: «Люди в отчаянии. Они хотят содержать семьи».

Профессор Аича Пембура, изучающая это явление, говорит, что многие завербованные – опытные камерунские солдаты, воевавшие против «Боко Харам», сепаратистов и пиратов. Но к ним присоединяются студенты, безработные и молодые люди, которые часто думают, что едут на работу или учебу, а в итоге подписывают военные контракты. «Мы наблюдаем новый тип миграции», – говорит она. «Люди уезжают с надеждой на лучшее будущее. Это не заменяет другие миграционные пути – это еще один путь». Пембура предупреждает, что война в Украине тихо истощает африканские страны, лишая их солдат, студентов и квалифицированных работников – это потеря для Африки.

Мама Регина ждет тело. Без него не может быть похорон, могилы, последней молитвы. Тело – доказательство того, что сын существовал, что он воевал, что его любили, что эта далекая война вошла в африканские жизни.