Босния и Герцеговина: между наследием войны, сепаратизмом и надеждами на ЕС
Спустя тридцать лет после Дейтонского мирного соглашения Босния и Герцеговина продолжает жить в условиях сложной этнической системы власти, пока руководство Республики Сербской продвигает сепаратистские идеи, а страна стремится к членству в ЕС.
Босния и Герцеговина остаётся одним из самых сложных государств Европы: управление здесь разделено между многонациональным центральным правительством, самоуправляемым округом Брчко и двумя полуавтономными образованиями — Федерацией Боснии и Герцеговины, где преобладают боснийцы и хорваты, и Республикой Сербской, которой управляют сербы. Оба образования далее делятся на кантоны и общины.
Конституция признаёт боснийцев (преимущественно мусульман), сербов (преимущественно православных) и хорватов (преимущественно католиков) равноправными "составляющими народами". Из примерно 3,1 миллиона жителей страны около половины — боснийцы, 31% — сербы и 15% — хорваты, остальные относятся к одному из 17 признанных меньшинств или не указали этническую принадлежность. Страной управляет ротационное трёхстороннее президентство, и этнический баланс часто приводит к политическому тупику.
Наследие войны и международный надзор
Действующая система была создана Дейтонскими мирными соглашениями 1995 года, положившими конец войне 1992–1995 годов, в которой погибли около 100 000 человек, а 2,2 миллиона были вынуждены покинуть свои дома. Конфликт сопровождался тяжкими военными преступлениями, включая осаду Сараево и геноцид в Сребренице.
С 1995 года страну контролирует Офис высокого представителя, обладающий широкими полномочиями — вплоть до отстранения выборных должностных лиц, принятия законов и отмены решений демократических институтов. Сейчас офис временно возглавляет американец Луис Дж. Кришок, сменивший немца Кристиана Шмидта. Критики считают, что подобный надзор ослабляет демократическое развитие страны, тогда как сторонники называют его необходимым для стабильности.
Сепаратистское давление и путь в ЕС
Самая резкая критика международного надзора исходит от Республики Сербской и её бывшего лидера Милорада Додика, который при поддержке Белграда, Москвы и всё активнее администрации Трампа рассматривает сценарии отделения сербского образования от Боснии и Герцеговины. Представители боснийских хорватов высказывают схожие, хотя менее радикальные претензии, добиваясь большей автономии и даже создания третьего, хорватского образования — эту идею поддерживает и правительство Хорватии.
Главная надежда страны на выход из политического паралича связана с интеграцией в ЕС. Босния и Герцеговина подала заявку на вступление в 2016 году, а в начале 2024 года Европейский совет одобрил начало переговоров при условии реформ в сфере правосудия и борьбы с коррупцией. ЕС оказывает финансовую поддержку стране с 2007 года, однако часть инфраструктурного финансирования для Республики Сербской была приостановлена из-за её сепаратистской риторики.
