Томас Джефферсон и невыполненное обещание

Томас Джефферсон, автор Декларации независимости и третий президент США, известен как один из отцов-основателей страны. Однако его биография имеет и тёмные стороны, которые стали активно обсуждаться в последние десятилетия. Одна из них связана с польским военным инженером Тадеушем Костюшко, сыгравшим важную роль в Войне за независимость США.

Джефферсон и Костюшко познакомились в 1780 году, но их дружба окрепла в 1797 году, когда Костюшко после освобождения из российского плена прибыл в Филадельфию, бывшую тогда столицей США. Джефферсон, занимавший пост вице-президента, назвал его «чистым сыном свободы».

В 1798 году, готовясь навсегда покинуть Америку, Костюшко попросил Джефферсона об необычной услуге. Он оставлял своё состояние, накопленное в США, и хотел, чтобы после его смерти оно было использовано для освобождения и образования рабов Джефферсона. Костюшко был ярым противником крепостничества и рабства, а во время войны он демонстративно выбрал чернокожего солдата своим адъютантом.

Костюшко умер в Швейцарии в 1817 году. Два года спустя, в мае 1819 года, Джефферсон явился в суд Виргинии с завещанием друга. Он заявил, что не в состоянии выполнить последнюю волю Костюшко, и попросил суд назначить другого исполнителя. Хотя в письме от февраля 1810 года Джефферсон заверил Костюшко, что сдержит обещание, завещание так и не было выполнено. Лишь в 1852 году после десятилетий судебных тяжб Верховный суд США присудил наследство европейским наследникам Костюшко.

Мнения историков расходятся. Генри Винсек, автор критической биографии «Хозяин горы: Томас Джефферсон и его рабы», считает, что Джефферсон не хотел освобождать рабов, поскольку они были для него ценнее денег польского генерала. Выполнение завещания разрушило бы его роскошный образ жизни и статус среди рабовладельческой элиты.

Профессор Гарварда Аннет Гордон-Рид указывает на юридические сложности: Костюшко составил другие завещания в Европе после отъезда, и Джефферсон как опытный юрист понимал, что судебные разбирательства неизбежны. Она отмечает, что Джефферсону было уже 75 лет, и он не хотел брать на себя такую проблему.

Журналист Алекс Сторожинский, эксперт по Костюшко, считает другие завещания лишь оправданием. Если бы Джефферсон исполнил волю друга, он оказался бы в авангарде движения за отмену рабства, но он уклонился от этой позиции.

В Вашингтоне, на площади Лафайета, стоит статуя Костюшко в американской форме, смотрящая на Белый дом. Автор Винсек уверен, что в этом есть ирония: по приверженности идеалам свободы и равенства польский военный Костюшко оказался более великим американцем, чем отец-основатель Джефферсон.