Эксперт: вероятность того, что Путин начнет реальные переговоры о мире, невысока

Директор Международного центра оборонных исследований Кристи Райк в передаче Välisilm на канале ETV заявила, что усиливающиеся атаки России на Украину направлены на устрашение не только Киева, но и его союзников — с целью подорвать готовность Европы продолжать поддержку Украины.

По словам Райк, Москва постоянно ищет новые способы давления, поскольку дела на фронте у нее идут не лучшим образом. Россия стала охотнее идти на риск и эскалацию, рассчитывая, что Европа не готова к более жестким ответным мерам. Райк признала, что до сих пор Россия в этом отношении оказывалась права: ответные шаги европейских стран, включая реакцию Германии на инцидент в аэропорту Лейпцига, были слабее, чем ожидалось.

Призыв усилить поддержку

Эксперт подчеркнула, что сейчас критический момент, когда необходимо помогать Украине укреплять противовоздушную оборону и усиливать санкции против России, отметив, что многие доступные меры до сих пор не были использованы.

На встрече по арктической тематике в Рованиеми канцлер Германии Фридрих Мерц и премьер-министр Польши Дональд Туск предупредили, что в ближайшие недели могут наступить решающие моменты. Райк связала это предупреждение с планами России по новым атакам в Европе. По ее словам, главными целями становятся страны, чья поддержка важнее всего для Украины, прежде всего Германия, а условия для российской деятельности по влиянию сейчас более благоприятны в Германии или Франции, чем в странах Балтии.

Райк отметила, что президент США Дональд Трамп до сих пор не сделал ничего существенного для давления на Россию, хотя его отношение к Украине временами становилось более благожелательным. Она согласилась с тем, что на данный момент Вашингтон хочет мира заметно больше, чем Москва.

Посетив Украину, Райк заключила, что там никто не ожидает окончания войны до весны следующего года. По ее оценке, Путину не удастся достичь поставленных целей, и поэтому у него не остается иной альтернативы, кроме продолжения войны — либо, в лучшем случае, ограничения боевых действий, если они станут для России слишком затратными и опасными.