Эстонский педагог защищает мультиперспективное преподавание истории, ссылаясь на мнения нарвских школьников
Эстонский специалист по историческому образованию Керсти Кивирюйт утверждает, что мультиперспективный подход к преподаванию истории — не релятивизм, опираясь на анонимный опрос нарвских школьников о Второй мировой войне и Дне Победы.
Этим летом в Эстонии разгорелась дискуссия о так называемом мультиперспективном преподавании истории: критики утверждают, что такой подход позволяет обходить сложные темы и ослабляет национальную идентичность. Специалист по историческому образованию Керсти Кивирюйт отвергает эту критику, подчёркивая, что цель метода всегда заключалась в преподавании истории как научной дисциплины, а не как идеологического инструмента.
Кивирюйт поясняет, что признание нескольких точек зрения не означает исчезновения фактов или того, что оккупация становится «всего лишь одним из мнений». Учеников учат спрашивать, кто говорит, на чём основано утверждение и что осталось за кадром — это источниковедческая критика, а не релятивизм.
Что думают школьники Нарвы
В 2024/2025 учебном году Кивирюйт анонимно опросила учеников 10-х и 11-х классов Нарвской эстонской гимназии об увековечении памяти о Второй мировой войне и о Дне Победы, получив 36 ответов. Часть школьников выразила чёткую эстонскую гражданскую идентичность, ценя свободу и демократию. Другие продемонстрировали влияние так называемой «победобесия», называя 9 мая любимым праздником или сравнивая ограничения на его празднование с лишением религии. Однако большинство ответов оказались в «серой зоне» — школьники подчёркивали окончание войны или историю собственной семьи, а не «победу» как таковую.
Кивирюйт отмечает, что в Нарве в семье школьника могут одновременно уживаться ностальгия по советскому времени и искреннее уважение к жертвам сталинских репрессий, не воспринимаясь как противоречие. По её мнению, задача учителя — не отчитывать таких учеников, а задавать критические вопросы, подводящие их к собственным выводам, вместо повторения заученных фраз.
В статье также рассматривается слово «освобождение»: оно может быть точным для семей из белорусских или украинских деревень, но не подходит для описания событий в Эстонии в 1944 году, поскольку советская оккупация тогда сменила немецкую, а не восстановила независимость Эстонии.
