Книга, которая помогла сформировать письменный стандарт эстонского языка
Выход в Таллине в 1739 году первой полной Библии на эстонском языке помог закрепить североэстонский вариант как основной письменный стандарт. Перевод повлиял на литературный язык и распространение грамотности.
В 1739 году в Таллине вышла «Piibli Ramat» — первый полный перевод Библии на эстонский язык. Это был не первый религиозный текст на эстонском, но он оказал далеко идущее влияние на язык и культуру Эстонии, и его наследие ощущается до сих пор.
Язык без единого письменного стандарта
До этого на эстонском говорили в основном крестьяне, а язык передавался устно. Дворянство, духовенство, многие купцы и управленцы были преимущественно прибалтийскими немцами и обычно говорили по-немецки. Единого письменного стандарта и общепринятой орфографии не существовало. Североэстонский и южноэстонский варианты развивались как отдельные письменные традиции, каждая со своей литературой. Старейшая сохранившаяся печатная книга с эстонским текстом — катехизис Ванрадта–Кёлля 1535 года, от которого уцелели лишь фрагменты.
Десятилетия работы
При шведском правлении церковная и образовательная политика поощряла обучение на эстонском. В 1686 году шведский король приказал открыть школу в каждом приходе Эстонии и Лифляндии, что помогло заложить основу для более широкой грамотности. Новый Завет вышел на южноэстонском в 1686 году, на североэстонском — в 1715-м. Проект завершил Антон Тор Хелле, прибалтийско-немецкий лютеранский пастор, родившийся в Таллине. Он переводил не всё сам: в работе участвовали более десятка пасторов, а Хелле руководил проектом, редактировал перевод и помог издать его.
От двух письменных вариантов к одному
Выбрав североэстонский, переводчики дали ему решающее преимущество перед южноэстонским. Южноэстонский не исчез: на таких его вариантах, как выруский, говорят до сих пор. Эта Библия оставалась официальной эстонской Библией, с исправлениями, пока в 1968 году не появился новый перевод.
Распространение грамотности
К концу XVIII века более половины крестьян Лифляндии умели читать, в самой Эстонии доля была ниже. Чтение обычно означало умение разбирать знакомые религиозные тексты. Распространению чтения способствовали школы, домашнее обучение и движение гернгутеров. Эти условия предшествовали национальному пробуждению XIX века, давшему эпос «Калевипоэг» и первый праздник песни в 1869 году.
Эстонский — родной язык примерно для миллиона человек. В 2007 году Эстония изменила преамбулу конституции, записав, что государство должно гарантировать сохранение эстонской нации, языка и культуры на протяжении веков.
